Как хранила девственность 15 лет в браке княжна Романова, пока не встретила настоящую любовь

Вопреки расхожему мнению о безумной роскоши царских будней, быт в семье Александра III был устроен удивительно просто, даже по-спартански. Мать, императрица Мария Федоровна (урожденная датская принцесса Дагмар), строго следила за дисциплиной. Дети — будущий император Николай II, Георгий, Ксения, Михаил и маленькая Ольга — просыпались рано, умывались холодной водой, а на завтрак ели простую овсяную кашу.




Самыми счастливыми моментами для Ольги были часы, проведенные с отцом. Могучий, высокий император обожал лесные прогулки. Маленькая княжна семенила за ним по хвойной подстилке гатчинских лесов, собирая грибы и землянику. Отец учил ее любить природу, ценить тишину и не бояться простой работы. Зимой дети дружно расчищали дорожки от сугробов, осенью сгребали листву, а по вечерам вместе с няней пекли в костре картошку и яблоки, пачкая руки сажей и заливисто хохоча.




Ольга не унаследовала классической красоты своей матери: черты ее лица были крупными, нос — резковатым. Зато природа щедро одарила ее живым, ласковым взглядом, удивительной грацией и мягким, уживчивым характером. Она равнодушно смотрела на бриллианты, зато могла часами просиживать с мольбертом у окна или играть на скрипке. В двенадцать лет этот уютный мир рухнул: не стало обожаемого отца. Отношения с матерью, строгой блюстительницей придворного этикета, начали портиться. Ольга тянулась к простоте, а от нее требовали безупречного лоска.

Пятнадцать лет одиночества: Брак без тепла

Желание поскорее вырваться из-под удушающей материнской опеки сыграло с юной княжной злую шутку. Едва ей исполнилось девятнадцать, она приняла предложение руки и сердца от принца Петра Ольденбургского. Он был старше на четырнадцать лет, статен, хорош собой и происходил из знатного, невероятно богатого аристократического рода. Императрица-мать благословила этот союз, посчитав его идеальной партией.




Пышная свадьба отгремела летом 1901 года. Молодожены уехали в Воронежскую губернию, в Ольденбургский дворец. Но сказка закончилась, не успев начаться. В первую же брачную ночь новоиспеченный супруг оставил юную жену одну и умчался в игорный клуб, откуда вернулся лишь под утро. Это стало сценарием их дальнейшей жизни.

На публике Петр был предупредителен, осыпал Ольгу дорогими подарками и шел под руку на балах. За закрытыми дверями он превращался в ледяного чужака. В Петербурге ходили упорные слухи о равнодушии принца к женщинам и его пагубной страсти к картам. Ольга оказалась заперта в золотой клетке. Целых пятнадцать лет в этом странном браке великая княжна оставалась... девственницей.




Со временем они перебрались ближе к столице, в Царское Село. Пока муж пропадал в офицерских собраниях и игорных домах, Ольга искала утешения в общении со старшими братьями. Она искренне полюбила Александру Федоровну, супругу Николая II, и стала самой близкой, обожаемой тетей для четырех царских дочерей. Ее девичье сердце тосковало по настоящему, живому чувству, и судьба, сжалившись, подарила ей эту встречу.

Любовь с первого взгляда: Офицер Куликовский

Ей был тридцать один год, когда на военном смотре в Павловске брат Михаил познакомил ее со своим близким другом — полковником Николаем Куликовским. В этот день жизнь Ольги изменилась навсегда. Это была вспышка, любовь с первого взгляда. Княжна проявила несвойственную ей дерзость и настояла, чтобы во время праздничного обеда Николая посадили рядом с ней.




Они проговорили весь вечер, не замечая шума вокруг. Ольга поняла: перед ней тот самый мужчина, надежный, честный, способный подарить ей простое женское счастье. Она честно призналась мужу и брату-императору, что хочет развода. Но монархия стояла на незыблемых правилах, и Николай II ответил жестким отказом.

Ольга не сдалась. Она начала долгую, изнурительную борьбу за свою любовь. Муж согласился жить раздельно, а Куликовский стал ее верной тенью. Лишь осенью 1916 года, когда старый мир уже трещал по швам, Николай II наконец сдался и аннулировал брак сестры.




Ольга и Николай обвенчались в скромной киевской церкви Святого Николая. На невесте не было царской тиары — лишь простое белое платье. Счастье длилось всего три с половиной месяца: грянул февраль 1917 года, монархия пала. Николай Куликовский так и не получил почестей, полагавшихся супругу великой княжны. Вместо этого ему пришлось пережить боль крушения родины и вместе с семьей бежать в неизвестность. Вдовствующая императрица Мария Федоровна до конца дней так и не признала зятя-простолюдина, хотя была вынуждена делить с ними кров в эвакуации.

Скромное счастье на датской ферме

В огне революции и Гражданской войны Ольга Александровна проявила удивительное мужество. Пока муж воевал, она работала простой сестрой милосердия в госпитале, омывая раны солдатам. Летом 1917 года, под арестом в Крыму, у супругов родился первенец — Тихон. От расстрела семью спасло лишь то, что Ольга официально носила скромную фамилию мужа — Куликовская.




Пройдя через тяжелые испытания, через Кавказ им удалось выбраться в Данию. Там, на родине матери, у них родился второй сын — Гурий. Жизнь началась с чистого листа. Избавившись от оков придворного этикета, Ольга наконец-то обрела ту простую жизнь, о которой мечтала с детства. Вместе с мужем они купили небольшую молочную ферму в сельской местности под Копенгагеном.

Здесь, среди заливных лугов, прошли 28 лет их тихого семейного счастья. Великая княжна Романова сама доила коров, мыла полы, пекла хлеб и ухаживала за садом. Их уютный дом стал настоящим маяком для русских эмигрантов: здесь всегда напоили бы чаем, выслушали и помогли. Чтобы пополнить скромный семейный бюджет, Ольга вернулась к живописи. Ее нежные, наполненные светом акварели — с изображением цветов, деревенских пейзажей и семейных интерьеров — охотно покупали на благотворительных аукционах по всей Европе.

Новые канадцы: Закат в тихом бунгало

После окончания Второй мировой войны оставаться в Европе стало небезопасно. Советские войска стояли близко, и над семьей Романовых нависла угроза насильственной депортации в СССР. В 1948 Air году Куликовские приняли непростое решение — уехать за океан, в Канаду. Эта далекая страна привлекла их своей природой, так похожей на родные российские просторы.




В Галифакс они прибыли на старом пароходе, уставшие, но не сломленные. Местная пресса тут же окрестила их «новыми канадцами», разместив фото скромно одетых супругов на первых полосах. Они снова купили ферму — на этот раз в городке Кэмпбеллвилл. Ольга, которой было уже под семьдесят, по-прежнему сама вела хозяйство, возилась с домашней птицей и писала картины, а также закончила книгу мемуаров «25 глав моей жизни».

Годы брали свое. Силы уходили, и заботиться о большой ферме становилось тяжело. Супруги продали хозяйство и переехали в тихий пригород Торонто — Куксвилл (сейчас это часть Миссиссаги), поселившись в уютном пятикомнатном бунгало.

Они прожили душа в душу сорок два года. Николай оставался предан своей Ольге до последнего вздоха. В конце жизни его разбил паралич, и бывшая великая княжна, позабыв о собственной старости и болезнях, сама преданно ухаживала за ним, не отходя от постели. В 1958 году Николая не стало.




Потеряв любимого, Ольга Александровна словно потеряла якорь, державший ее на земле. Она тяжело заболела, продала их дом и перебралась к близкой подруге, где ей выделили крошечную комнатку с видом на шумную улицу Джеррард-стрит-Ист. Последняя великая княжна империи, пережившая своего верного полковника всего на два года, тихо ушла из жизни в ноябре 1960 года. Ее похоронили на Йоркском кладбище в Торонто — скромно, без имперского блеска, но рядом с единственным мужчиной, который смог сделать ее по-настоящему счастливой. Во время похорон, перед тем как опустить ее гроб в землю, друзья накрыли его флагом Российской империи и посыпали горстью русской земли.