Ее любили все нищие Ялты, а большевики расстреляли как врага народа

«Кровь, что водица»

Гражданская война в России в начале XX века – слишком сложная и обширная тема для короткой заметки. Не сложно сочинить очередной ужастик с пикантными подробностями, дабы облить грязью одну из сторон конфликта. Чего только стоит история графини Надежды Александровны Стенбок-Фермор. Несчастная парализованная старушка, сущий ангел во плоти, добровольна отдавшая имение и ценности новой власти. Женщина-меценат, что на протяжении десятилетий до революции занималась благотворительностью. И вот даже её не пощадили кровожадные Красные, расстреляв по доносу. Заодно пустив в расход её дочь Ирину, что на момент ареста была в положении.

Ужас? Ужас, безусловно. При этом интернет-паутина полнится статьями с пикантными подробностями о том, как 75-летнюю Стенбок-Фермор якобы везли на расстрел прямо в инвалидном кресле, прицепив его к грузовику… Иные уточняют – на каждой кочке коляска выворачивала несчастную в грязь. Вопрос о том, с какой скоростью грузовик должен тянуть инвалидную коляску, чтобы при переворачивании на первом же повороте 75-летняя больная женщина не свернула шею – повисает в воздухе. Честно говоря, воспринимать подобные «интересные истории» иначе как откровенное глумление над убиенной – сложно. Или по крайней мере спекуляция на реальных человеческих страданиях, несопоставимо более трагичных, чем любая выдуманная «страшилка».




Суровая действительность в том, что мы не знаем за что именно и при каких обстоятельствах расстреляли Надежду Александровну вместе с её дочерью Ириной. Объективно мы знаем, что Надежда была женщиной очень богатой. До революции её семья владела горнорудными промыслами на Урале. Её мать Надежда Алексеевна была одной из богатейших женщин империи. Иначе говоря, женщины это были очень непростые. Глубоко погружённые если не в политику, то как минимум в бизнес. Является ли это оправданием для убийства? Нет. Но может послужить фундаментом для понимания, что к нему привело.

В конечном счёте у нас просто недостаточно объективных данных. Действительно ли чета Стенбок-Фермор занималась чем-то, что не понравилась новой власти? Или Надежду и Ирину оговорили? Или они стали жертвами беспредела? Увы, всю эту историю мы знаем только со слов заведомо ангажированной стороны – белых. Кои были не просто непосредственными участниками конфликта, но и более того – проигравшей стороной. Поэтому прежде, чем делать окончательные выводы было бы неплохо разобраться по мере сил, что именно там произошло. А вот с этим у нас большие проблемы, ибо источники конкретно в отношении графини – чрезвычайно скудны. Возможно, правды мы уже не узнаем никогда.

«Святые 1920-е»

Гражданская война слишком масштабная и сложная тема для коротенькой заметки. Тема эта ещё и откровенно спекулятивная в виду её высокой политической ангажированности по сей день. Остаётся лишь признать граждан не развешивать с лёгкой руки ярлыки, не низводить рассуждения по теме до пошлых упрощений и вульгарных обобщений. В этом отношении крайне показательна не столько история Надежды Алексеевны, сколько история Крыма в гражданской войне в целом. Не нужно составлять своё мнение о вопросе по десятикратно пересказанным байкам и страшилкам. Приобщитесь к источникам, хотя бы нарративного свойства.




Намеренно не хочется советовать таковые со стороны Красных за исключением одного – воспоминания генерал-лейтенанта Якова Александровича Слащёва, человека, который оборонял Крым от Красных, а позднее перешёл на службу к последним. Приведём и примеры куда более последовательных антибольшевиков поучаствовавших в годы гражданской войны в крымской истории: журналист Раковский Григорий Николаевич, князь Владимир Андреевич Оболенский, юрист и предприниматель Мануил Сергеевич Маргулиес – все эти и ещё многие другие люди со стороны Белых оставили крайне красноречивые воспоминания о том, что творилось в Крыму при их власти. Конечно, к мемуарам и дневникам тоже нужно относиться с большой осторожностью. И всё же как водится «дыма без огня не бывает».




Если описывать ситуацию кратко: разложившаяся армия, докатившаяся до бандитизма, вездесущий криминал, бессудные расправы, коррупция, воровство, террор местного населения (особенно крестьянства и интеллигенции), произвол, расправы под видом выдворения за границу – картина Крыма 1919-1920 годов прямо скажем не лестная. Обо всём этом и ещё многом другом не стесняясь писали сидя в эмиграции сами Белые. Всё это ни в коем случае не оправдывает убийства членов четы Стенбок-Фермор. Но вместе с тем должно стать иллюстрацией тому, насколько сложной и «наэлектризованной» была ситуация в Крыму в те годы. Настолько, что 75-летняя графиня вполне могла просто попасть «под горячую руку».




Всё сказанное выше не означает, что Надежда Александровна не заслуживает и слезинки (особенно, если действительно была ни в чём неповинна). Однако, в постсоветском обществе есть одна крайне неприятная тенденция: по какой-то причине многие граждане склонны сочувствовать исключительно «людям с хорошими лицами». И при этом в упор не замечать трагедии сотен тысяч и миллионов простых людей, что страдали задолго до революции и гражданской войны поколениями. Поймите простую истину: в стране, где всё хорошо – не террористы не взрывают царей, не происходит по 900 крестьянских восстаний в год на протяжении десятилетия, не случается подряд три революции и гражданской войны.

А потому прежде, чем ужасаться преступлениям тех, кто пытался хоть как-то всё исправить (в соответствии с его представлениями о должном и «прекрасном»). Было бы не лишним ужаснуться преступлениям тех, кто довёл страну до такого состояния.

В продолжение темы читайте как закрывал глаза на измены, но всё же развёлся: Что не смог простить Наполеон Жозефине?.