Как безграмотный слуга обманул величайшего математика и продал ему 27 тысяч фальшивок

Библиотека, изменившая судьбу бедного юноши

Дени Врэн-Люка родился в семье поденщика и служанки в крошечном городке Ланнере близ Шатодена, получил самое поверхностное образование первых классов, и с юных лет работал у фермеров. По идее, в жизни ему ничего лучшего не светило, кроме тяжелого физического труда. Однако у него было то, чего не было у многих: невероятное упорство, литературный дар и цель – разбогатеть.

Примерно с двадцати лет он последовательно перепробовал несколько занятий: работал стряпчим, судебным клерком, служащим ломбарда. Но рутинная работа угнетала его деятельную и честолюбивую натуру. Понимая, что для продвижения к своей цели ему не хватает имеющегося образования, он начал проводить много времени в библиотеке Шатодена.

В какой-то момент он попытался даже стать поэтом, считая, что имеет писательский дар, и создал несколько произведений, включая патриотическую оду «Божественность» и элегию с пышным названием «Гирлянда Флоры, или мелодии природы». Но стихи, мягко говоря, не задались, и он, критически оценив свой талант, решил более писательством не заниматься.

Врэн-Люка пошел по другой стезе, переключившись на штудирование исторических трудов и старинных манускриптов. Именно это решение определило его дальнейшую жизнь и, как выяснилось позже, жизнь его будущей жертвы. Его стопы направились в Париж с рекомендательными письмами знакомых библиотекарей, не предполагая, что для столицы Франции этого недостаточно. Чтобы попасть работать в библиотеку Огюста Дюрана, ему требовался диплом бакалавра и знание латыни. Ни тем, ни другим сын поденщика похвастаться не мог.

Судьбоносная встреча и новая работа

Как часто бывает, судьба подкидывает возможности, а человеку нужно ими только воспользоваться. Для Врэн-Люка таким шансом оказалась работа в агентстве адвоката Куртуа-Летеллье, которое специализировалось на составлении биографии. Но ходили слухи, что агенты составляют фальшивые документы, подделывают подписи и даты. Дени это совсем не смутило. Для него было главным, что платят зарплату, достаточную, чтобы снимать жилье, питаться и даже немного откладывать, к тому же оставалось еще время ходить по библиотекам. На новом поприще он проявил недюжинную хватку, принеся нанимателю около шестидесяти тысяч франков.

Именно в конторе Летеллье Врэн-Люка научился составлять фальшивые документы, причем настолько искусно, что их было не отличить от подлинника. Его дебютной работой стал набор фальшивых бумаг для маркиза Дюпра, чтобы «состряпать» родство пятисотлетней давности с кардиналом Дю Пра. О своем новом таланте он вспомнит, когда познакомится с ученым Мишелем Шалем.

Как работала фабрика фальшивок

В 1850 году Шаль получил руководящую должность в институте, но понял, что его предшественник унес с собой много ценных документов из академического собрания. О своей печали он рассказал новому знакомому – Дени Врэн-Люка, который быстро сообразил, что может этим случаем воспользоваться, ведь составлять фальшивые исторические документы он уже научился.

Для правдоподобности хитрец придумал красивую легенду о знакомом, который является потомком знатного рода Буажурденов и имеет сундук с историческими документами, правда, немного испорченными, потому что побывал в кораблекрушении, но чудом спасся. Шаль, услышав слово «исторические документы», воспылал желанием их увидеть и упросил Врэн-Люка посодействовать их покупке. Денни сделал вид, что это будет сложно, но постарается, и что про сделку никто не должен знать, а затем стал сам их штамповать.

Врэн-Люка получал старые листы, вырывая пустые из старинных книг в библиотеке, а для соответствия легенде рукопись мочил в морской воде и задымлял над свечой. Однако первая партия получилась плохого качества, буквы от воды поплыли, и текст оказался трудночитаемым. В следующий раз передержал бумагу над дымом, и она сильно пересохла, рассыпавшись затем на кусочки. Но практика и изобретение своих чернил, которые после написания делали бумагу желтой, сделали результат идеальным. Даже чересчур, потому что когда эксперты начали проверять по чернилам время написания документа, он показал даже большую давность, чем была написана дата. Но Мишель ничего не замечал, и даже не удосужился проверить, существует ли вообще род Буажурденов, радостно покупая рукописи, книги, письма и прочие бумаги.


Чтобы не было заметно своего стиля написания, мошенник в основном просто переписывал старые книги и энциклопедии, подставляя вместо «он» – «я». Получались письма, написанные от первого лица. Но иногда требовался документ, которого не было в библиотеке, и тогда Врэн-Люка приступал за сочинение, которое получалось банальным и состояло из заезженных фраз. Хотя и это не настолько смущало, как искажение в фактах и датах: данные не сходились по времени, персонаж писал письмо тому, кто еще не родился, или отправлял историческую личность в то место, где он вообще не должен был оказаться. Например, девятилетний Алкуин вел богословскую переписку с Бедой Достопочтенным, мать Ньютона почему-то подписывалась девичьей фамилией; Страбон, родившийся до нашей эры, умудрялся переписываться с Жювеналем дез Юрсеном, жившим во времена Средневековья. Вождь кельтского племени Верцингеториг выдавал охранную грамоту историку Трогу Помпею, которого не мог видеть, потому как жили с разницей в 60 лет. Но даже этого грамотный Шаль не замечал, выплачивая кругленькие суммы шарлатану, а тот корпел над бумагами, словно он находится на работе.

Ученый как источник дохода: обогащение Врэн-Люка

Шаль был рад заполучить исторические документы, за которые платил от 200 до 500 франков, а порой и более тысячи. Чтобы утвердить свою историю и не потерять клиента, Врэн-люка час от часу разыгрывал сценку: прибегал запыхавшись к Шалю и говорил, что нужно вернуть документы, потому что родственники Буажурдена недовольны. Шаль, не желающий расставаться с «историческими» документами, умолял Врэн-Люка уладить ситуацию и выделял дополнительные деньги и подарки.

Одной из уловок мошенника была подделка экслибрисов на книгах, делая их более ценными, редкими из чьей-то коллекции. Так была продана книга из коллекции Лафонтена за 800 франков. Шаль решил проверить ее цену по каталогу и очень удивился, потому что ее можно было купить за 2-3 франка или от силы за 24 франка. Он указал на это Врэн-Люка, но тот легко вышел из щекотливой ситуации, предложив за дополнительные 100 франков отдать 12 писем Паскаля, и ученый радостно согласился.

Даже не представляющие ценности мемуары приобретали в руках афериста тяжеловесность, дополняя текст заметками на полях. Например, за 1 200 франков был продан том "Новый мемуар по истории картезианства" с пометками "Ньютона". Порой фальсификатор специально ставил неразборчивую подпись. Это напоминало спектакль с главным героем в лице математика Шаля, которому подсовывали якобы исторический документ, а он легко устанавливал по каталогу, кому принадлежит подпись, и уже не хотел отдавать документ Врэн-Люку, сразу предлагая сделку.

Провал мошенника

Секретность помогла очень долго копить деньги Врэн-Люку и морочить голову ученому. Однако всему наступает конец. Шаль не смог молчать годами о том, что обладает уникальными историческими документами, и стал их раздаривать. Два древних письма были подарены институту, а руководство, восприняв их серьезно, поместило в рамочку, его не смутило даже несовпадение дат открытия заведения. В следующий раз Шаль решил зачитать письмо Ньютона на заседании ученых, в котором тот обвинял Паскаля в краже формулы тяготения. Это вызвало невероятный спор, который продлился два года. Одни приводили аргументы, что документ подделка, а Шаль каждый раз приносил новое подтверждение своих слов. Эти документы успевал написать Врэн-Люка, слушая очередное возмущение Шаля.

Ученый настолько доверял Дени, что даже не усомнился в его хитрости. Но ученого все же убедили, что он не прав, а письмо подделка, когда предоставили образцы почерка Ньютона. Против этого аргумента Шалю нечего было сказать, но он продолжал верить басням махинатора и заказывать ему документы.

Конец сотрудничества наступил, когда математик не получил очередную порцию «документов», за которые уже заплатил наперед. Шаль обратился в полицию – и тут вся правда вылезла наружу. Вэн-Люка пришли арестовывать, когда тот сочинял очередной поддельный документ.

Суд над «королем фальсификаторов»

На суде выяснили, что количество поддельных документов было поистине впечатляющим – более 27 тысяч за восемь лет. Мошенник оказался еще тем трудягой, а в качестве оправдания оговорил Шаля в скупости. В том, что он мало платил за реальные артефакты, поэтому чтобы увеличить сумму, пришлось делать фальшивые. Суд закончился быстро. Через неделю вынесли приговор – два года тюрьмы и штраф в 500 франков. Шалю ничего возвращать не пришлось, хотя он из-за своей зацикленности на исторических документах потратил на фальшивки 140 тысяч франков.

Вэн-Люка отсидел и вышел, правда, ненадолго, потому что состряпал подделку для аббата и снова сел, но уже на три года. Так и прошла его жизнь между тюремными заключениями и новыми подделками, ведь он делал то, что у него получалось лучше всего – обманывать.

У Ваньки Хитрого, мошенника высшего класса, слабость была к золотым звездам героя, дававшие ему то, что ни одна пачка денег не могла бы сделать. Как умудрился одесский аферист в советское время с легкостью наворовать 20 орденов, узнаете в следующей статье.