История и археология   RSS-трансляция Читать в FaceBook Читать в Twitter Читать в ВКонтакте Читать в Одноклассниках Читать в Telegram Наш блог в Instagram Наш канал в Яндекс Дзен


+1 0
0
-1 0
Разное    





Очутиться в сказке – для многих звучит как мечта. Но не для одной из фрейлин Екатерины Медичи. Ведь она оказалась внутри сказки «Красавица и Чудовище», и её чудовище, хотя оно и было принцем, нельзя было расколдовать. Впрочем, не стоит спешить с выводами и однозначно говорить, что ей не повезло.


Мальчик, воспитанный с принцами


В середине шестнадцатого века в семье испанского короля случилось необычное пополнение. Новым её членом стал мальчик, волосатый с ног до головы, словно дикий зверь. Правда, ему было уже не меньше десяти лет. Звали его Педро Гонсалес, и его усыновила герцогиня Маргарита Пармская, правящая Нидерландами от лица испанских королей внебрачная, но признанная дочь Карла V. Так в Европе появился принц, выглядящий так, будто заколдован.

Принц, впрочем, радовал окружающих отменными манерами. Дело в том, что до переезда к Маргарите Пармской он обучался вместе с детьми французского короля – будущей королевой Марго и её братьями. Так решил их отец, Генрих II – и он же позже отослал мальчика в Нидерланды. К Генриху Педро попал как «мальчик-обезьяна», диковинка вроде карликов и горбунов, которые своей необычной внешностью должны были смешить короля (не делать же им научную или духовную карьеру, да?). Мальчик-обезьяна не только удивил Генриха своей внешностью – но и поразил, какой ясный и сильный ум у маленького человечка, представляемого всем как полуживотное.

Педро Гонсалеса, он же Петрус Гонсалвус, нет на этой картине, но он рос вместе с французскими принцами и принцессой. Художник Альфред Жоанно.

Педро Гонсалеса, он же Петрус Гонсалвус, нет на этой картине, но он рос вместе с французскими принцами и принцессой. Художник Альфред Жоанно.

А перед тем, как попасть к королевскому двору, Педро родился на Канарских островах, возле берегов Африки, в семье добродетельных (вероятно) испанских католиков. Вообще в Европе детей с необычной из-за какого-нибудь генетического сбоя внешностью обычно «относили обратно эльфам» - бросали на смерть где-нибудь на побережье или опушке леса. Такова была участь красноглазых альбиносов, детей с заячьей губой или перепонками между пальцев. Родители Педро, родившегося с густыми волосами на лице и по всему телу, однако, предпочли его крестить и воспитать – по крайней мере, пока не появилась возможность его продать собирателям живых диковинок.

Вокруг природы Гонсалеса велось много споров. Поскольку он соблюдал всё, что должен соблюдать католик, и отлично переносил святую воду и распятья, возможную демоническую основу его природы сразу отодвинули. В итоге предметом спора стал вопрос, является ли Педро скорее человеком или скорее животным. На мальчика-обезьяну, растущего вместе с французскими принцами, смотрели как на вывертень человеческого мальчика, воспитываемого волками.

Гипертрихоз


Нарушение, с которым родился Педро Гонсалес, сейчас уже хорошо изучено наукой – оно называется врождённым гипертрихозом. Когда покрытых волосами детей перестали выносить на смерть, оказалось, что гипертрихоз встречается вовсе не раз в столетие. Чаще всего им болеют мужчины, но в Москве, например, некоторое время жила урождённая мексиканка Хулия Пастрана. Она была не только покрыта «шерстью» - её рост был очень мал (сто тридцать восемь сантиметров), а пропорции лица нарушены, что, к её огорчению, придавало ей «обезьяний» вид.

Притом Пастрана была очень изящная в движениях и умна (умела читать и писать по-испански и по-английски, хотя родилась и провела детство в глухой индейской деревушке), она отличалась приветливостью и даже некоторой обходительностью манер. Хулию вырастила женщина по имени Эспиноса, которая утверждала, что нашла её в возрасте лет четырёх в лесу. Несмотря на внешность, которая вызывала суеверные взгляды, Хулии удалось на время устроиться прислуживать семье губернатора штата Синалоа.

Хулия Пастрана в сценическом костюме.

Хулия Пастрана в сценическом костюме.

Позже её сманили работать в балагане в США. Антрепренёры играли на необычном сочетании «дикого» вида девушки и изящности её пластики и манер – обычно она танцевала на устроенных специально для этого балах с желающими или «принимала парады» мужчин, изображающих солдат. Потом её сманил замуж британский антрепренёр, который обучил Хулию сценическим танцам и игре на музыкальных инструментах. Так, состоявшейся полноценной эстрадной артисткой, Хулия и добралась до Москвы. Увы, там она умерла в родах.

Считается, что гипертрихозом страдал святой Христофор, которому традиция приписывает «пёсью голову». Кроме Пастрана, в балаганах из-за своей внешности работали «человек-лев» Стефан Бибровский, «мальчик Jo-jo» Фёдор Евтихиев, «бородатая девушка» Энни Джонс. Вот и Педро Гонсалес, будущий сын герцогини Пармской, начал свою жизнь как «мальчик-обезьяна», развлекающий публику.

Портрет Педро Гонсалеса.

Портрет Педро Гонсалеса.

Красавица и Чудовище


Конечно же, у человека с титулом принца были отличные возможности жениться. По легенде, сама Екатерина Медичи, французская королева, заставила одну из своих фрейлин выйти замуж за Гонсалеса, чтобы посмотреть, что будет – и так родилась сказка о Красавице и Чудовище, живущем в замке. На самом деле, избранницей Гонсалеса стала дочь одного состоятельного купца, Катрин Рафеллин, получившая вместе с этим браком титул члена монаршей семьи. Трудно сказать, титул её привлёк или Педро был очень обаятельным мужчиной (в конце концов, он знал о галантности в силу воспитания всё), но брак их, кажется, удался. Жили Гонсалесы при этом действительно при дворе французской королевы.

У четы родилось семь детей, четверо из которых унаследовали гипертрихоз отца. Любимицей двора была старшая дочь Педро и Катрин Тоньина. Её портрет даже рисовала Лавиния Фонтана, художница, известная своей популярностью у знатных заказчиков. Всей семье король Генрих выделил для прогулок часть парка Фонтенбло, куда не пускали зевак – чтобы они могли немного отдохнуть от внимания. Тем не менее, они участвовали в почти что каждом крупном мероприятии, это была их обязанность как членов королевской семьи.

Портрет принцессы Тоньины. Художница Лавиния Фонтана.

Портрет принцессы Тоньины. Художница Лавиния Фонтана.

После смерти Генриха положение Гонсалесов пошатнулось. После смерти же и Екатерины Медичи семья оказалась в опале. Им пришлось покинуть французский двор, и никто не знает, где они нашли приют. Из внимания публики они скрылись навсегда.

В балаганах жестокость не ограничивалась представлением людей объектом для насмешек: История цирка как история жестокости и милосердия.

Текст: Лилит Мазикина.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:



Обратите внимание:




Присоединяйтесь к нам на Facebook, чтобы видеть материалы, которых нет на сайте:







19315
17.06.2020 15:14
В закладки
Версия для печати




Смотрите также