Почему в Японии усыновляют детей, чтобы передать наследство, хотя есть свои: Древняя традиция, когда чужак лучше родного

Когда мужчина берет фамилию жены и становится сыном

Япония за века пережила несколько стадий в построении семейных отношений. Но, несмотря на различия, все же нашлось общее – семья всегда оставалась на первом месте, потому что верили: она должна быть у каждого, причем должен быть человек, которому можно передать наследство. Именно по этому поводу сложилась одна очень интересная традиция.

Сначала существовала матрилокальная форма семьи. В этой системе мужчина был приходящим членом и мог даже не оставаться постоянно в доме женщины, а приходить только по ночам. Людей начинали считать парой, если замечали, что к одной женщине зачастил один и тот же мужчина. Однако женщина могла и не ограничивать себя количеством партнеров и рожать детей от разных мужчин. Это не считалось стыдом, и все дети оставались в доме матери, а когда вырастали, то их можно было удачно выдать замуж или женить.


Другая, патриархальная форма, сложится позже, и тогда женщина должна следовать за мужчиной. На нее лягут заботы по дому, но главной обязанностью будет родить наследника. Однако природе не прикажешь, и если рождались только девочки, то наследника усыновляли. Им мог стать кто-то из детей родственников, можно было взять совершенно чужого ребенка или же усыновить мужа дочери - зятя. Ему достаточно было взять фамилию жену – и тогда он считался полноправным старшим сыном, который получит все наследство. Даже после того, как в семье рождался свой сын, он не терял свои права.

Усыновление в Японии – это традиция преемственности для сохранения собственности семьи, которая кратко обозначается в Японии – «ие». Часто на усыновление брали младших сыновей знатных кланов, которых называли «мукоёси». Из этого все получали выгоду: в своей семье младшим ничего не светило, потому что право наследования передавалось по старшинству, а будучи усыновленными они получали такое же право, но только в другой семье. Многие усыновленные дети в итоге получили высокие должности и хорошее наследство. В глазах закона и общества мукоёси — наследник дома со всеми вытекающими правами и обязанностями.

Почему кровное родство отступало на второй план

Для европейского и тем более китайского сознания наследование неразрывно связано с кровным родством, поэтому не совсем понятно, зачем усыновлять чужого ребенка? Но японская культура пошла по иному пути. Фундаментальной основой общества всегда у них была не семья как биологическая ячейка, а «ие» — домохозяйство: совокупный фонд имущества, которым сообща пользуются все, кто живет под одной крышей, но следит за всем глава. Он выступает в качестве доверенного лица, отвечая за порученное ему ие, а затем должен будет передать его дальше в надежные руки. Для этого ему тоже понадобится преемник, и не важно, будет ли с ним кровное родство. Главное, чтобы он пронес в сохранности доверенное ему ие сквозь поколения. Поэтому сказки про ленивых сыновей и достающееся им состояние – это не про японцев. В таком случае они без зазрения совести могли лишить родного сына права наследства, находя ему замену в лице чужого мальчика, юноши или мужчины. Передача наследства могла наступить раньше смерти главы, если он принимал такое решение и отходил от дел.

В основном переживали за свое наследство зажиточные семьи купцов и самураи, которым было что хранить и передавать, поэтому их ие зависело от хорошего наследника. В их среде был самый большой процент усыновления, достигая более трети от всего их количества. То есть в каждой третьей или даже четвертой семье наследником был усыновленный ребенок. Общество это воспринимало как норму, не ставя никакого клейма и не высказывая порицания ни в адрес мукоёси, ни в адрес усыновившей его семьи. Ведение домохозяйства требовало дисциплины, хозяйственной хватки и преданности делу — качеств, которых никто не гарантировал по факту рождения.

Искусство выживания семьи через чужих детей

Японские предания полны историй о ленивых и нерадивых сыновьях, поэтому общество выработало «вакцину» против ситуации, когда крепкое хозяйство могло разориться только из-за того, что им стал править бездарный наследник. Люди поняли, что талант руководителя, хозяйственника не передается по крови. Если родной сын не подходил для ведения дела, усыновляли подходящего человека со стороны, и это считалось совершенно нормальным. Китайцы, которые отличаются от японцев большими семьями в одном роду, такой способ жизни не поддерживали, называя его «беспорядочным» и даже «варварским» — настолько чуждой для них была сама мысль о передаче наследства чужому человеку.

Японская традиция все же доказала, что она работает, и именно открытость чужакам дала конкурентные преимущества. Наследнику доставалось все – ие не дробилось между всеми детьми и родственниками. К такому положению привыкли, потому что оно зародилось еще в XIV-XVI веках в эпоху Муромати, и никто этому уже не противоречил. Для младших детей оставался выбор – жить в семье родителей и подчиняться воле старшего или идти в поисках своего счастья, что многие и делали. Желая тоже добиться успеха, они организовывали свой бизнес, искали профессию по душе или ту, которая бы приносила хорошие деньги, и никто из них не осуждал старшего, что он не побеспокоился о правах младших. Таким был вековой закон, к которому привыкли, и он работал. Младшие уходили в другие сферы и, имея таланты, приносили пользу стране. Из них получались хорошие кадры в бюрократии, армии, коммерции, потому что они утоляли свои амбиции на другом поприще.


В японской истории институт мукоёси вырастил множество великих людей: Тоётоми Хидэёси, великий сёгун, смог заново объединить Японию в XVI веке. Он был крестьянского происхождения, но возвысился благодаря тому, что в детстве был усыновлен семьей дворян. Эйсаку Сато, занимавший пост премьер-министра с 1964 по 1972 год, тоже был усыновлен, а его родной брат Нобусукэ Киси возглавлял правительство несколькими годами ранее. Уэсуги Ёдзан, знаменитый даймё области Ёнэдзава, пришел в семью правителя через усыновление из другой семьи даймё. И таких людей можно называть бесконечно долго.

От самурайских домов до корпораций-гигантов

Самое поразительное — традиция усыновления не исчезла с модернизацией страны. Это можно проследить на владельцах таких крупных компаниях, как Canon, Kikkoman, Suzuki и Toyota. Они тоже использовали усыновление, чтобы был достойный наследник, который бы сохранил семейный бизнес. Когда речь шла о многомиллионных активах и тысячах рабочих мест, кровное родство снова оказывалось вторичным. Решающим фактором была способность возглавить дело и повести его дальше.


Даже в конце XX века в сельских районах Японии число подобных усыновлений не уменьшилось, а наоборот – возросло. Вопреки ожиданиям, урбанизация не убила традицию мукоёси, а лишь изменила ее облик: теперь речь шла не столько о сохранении самурайского имени, сколько о продолжении фермерского хозяйства или небольшого семейного бизнеса, который иначе просто исчез бы. Вероятно, для кого-то усыновление чужого ребенка ради того, чтобы передать ему наследство при имеющемся своем сыне, звучит дико, тогда можно вспомнить легенду про монаха и трактир, построенный на месте горячего источника, который продолжает работать. Лучшего доказательства и не найти.

В Японии ко многим вещам сложилось иное отношение, чем у других народностей. Например, они готовы покупать клубничку по 10 долларов за штуку или дыню за 300 долларов в красивой упаковке на подарок. Зачем они это делают, узнаете в другой нашей статье.