Статьи по теме - архитектор

/ RSS-трансляция Читать в FaceBook Читать в Twitter Читать в ВКонтакте Читать в Одноклассниках Читать в Telegram Читать в Google+ Читать в LiveJournal



+1 0
0
-1 0


Фёдор Лидваль для Петербурга – все равно что Лев Кекушев или Фёдор Шехтель для столицы. Если Шехтель (то же можно сказать и о Кекушеве) – отец московского модерна, то Лидваль – отец модерна петербургского или, если так можно выразиться, отец северного модерна в городе на Неве. Именно здания Лидваля формировали новый облик Петербурга в начале прошлого столетия, когда улицы города стали активно застраиваться доходными домами и другими масштабными и смелыми, по тем временам, зданиями.




+1 0
0
-1 0


Когда в 1876 году один судоходный магнат из Великобритании, Фредерик Ричардс Лейланд, купил дом, он не мог себе даже представить, чем это обернётся в будущем. Американский художник Джеймс Макнил Уистлер, которого безмерно уважал и ценил Лейланд, был приглашён им в качестве дизайнера. Уистлер с радостью принялся за работу. В процессе он настолько увлёкся, что сотворил настоящий шедевр, который сейчас хранится в Галерее Искусств Фрира в Вашингтоне. Почему же магнат остался столь недоволен работой художника и даже запретил ему когда-либо смотреть на это невероятное произведение искусства?




+1 0
0
-1 0


Этой весной итальянская и мировая архитектура потеряла выдающегося градостроителя. От вызванного коронавирусом воспаления легких скончался Витторио Греготти – великий архитектор, теоретик в градостроительстве, один из основателей движения неорационализма. Он умер в возрасте 92 лет в больнице Милана, куда был доставлен вместе с женой, также заразившейся Covid-19. Мэр Милана, комментируя смерть Греготти, назвал его «послом Италии в мировой архитектуре» и коротко резюмировал «Спасибо за всё». Представляем некоторые из проектов великого архитектора.




+1 0
0
-1 0
Деревянный дом-перископ, построенный в Мытищенском районе Подмосковья. /Фото:for-ua.info

Деревянный дом-перископ, построенный в Мытищенском районе Подмосковья. /Фото:for-ua.info

В архитекторской среде Тотана Кузембаева считают мэтром. Он не раз становился лауреатом международных премий, а каждое его здание можно смело назвать отдельным экологичным арт-объектом. Не менее смело архитектор подошел и к обустройству своего собственного жилья. Для 65-летнего зодчего это вовсе не вызов обществу, а способ самовыражения. Например, в московской квартире, заполненной нереально-странной мебелью, ему очень комфортно.




+1 1
+1
-1 0
Арт    
Микеланджело Буонарроти. /  Виттория Колонна.

Микеланджело Буонарроти. / Виттория Колонна.

Величайший мастер и мыслитель Высокого Возрождения - Микеланджело Буонарроти, проживший долгую и плодотворную жизнь, всегда думал, что все его творения не достойны Господа Бога. И сам он не достоин оказаться после смерти в Раю, потому как не оставил после себя на земле потомство, а лишь бездушные каменные изваяния. Хотя была в жизни великого гения необыкновенная женщина - муза и возлюбленная.






+1 3
+3
-1 0
Арт    
Аргентинский художник и архитектор Томас Сарацено широко известен благодаря своим неординарным инсталляциям и скульптурам с интерактивными элементами

Аргентинский художник и архитектор Томас Сарацено широко известен благодаря своим неординарным инсталляциям и скульптурам с интерактивными элементами

Аргентинский художник и архитектор Томас Сарацено (Tomás Saraceno) широко известен благодаря своим неординарным инсталляциям и скульптурам с обязательными интерактивными элементами. В качестве примера такого интерактивного сооружения можно привести его инсталляцию «In Orbit» («На Орбите»), которая какое-то время была открыта для посещения на территории торгового центра «K21 Standhaus» в Дюссельдорфе. Не менее впечатляюще выглядит и другая инсталляция художника «Poetic Cosmos of the Breath» («Поэтичная вселенная дыхания»).




+1 12
+12
-1 0
Арт    
Готическая симфония

Готическая симфония


О неудовлетворенности результатами своей работы говорят сегодня все архитекторы, но только в творческом, а не в материальном плане. Можно только отдать должное принципиальности человека, который эту неудовлетворенность довел до логического конца, оставил реальную практику и обратился к жанру архитектурной утопии. Других таких примеров я на сегодняшний день не знаю. Мне бы хотелось сказать не о том, чем эти работы похожи на историю бумажной архитектуры, а о том, чем они от нее отличаются.