30 лет назад похитили 2-месячную Машу Синельникову: Как через 24 года она нашла родную мать и как живет теперь

Роковая прогулка

Если бы учительница младших классов Ольга Синельникова только могла предположить, как закончится тот роковой день 3 октября 1996 года, она бы ни на секунду не выпустила малышку из рук. Маленькая Маша родилась за два месяца до описываемых событий, а 5 октября 1995 года её должны были крестить. Планировалось пройти не только обряд в церкви, но и собрать по этому поводу родных и близких друзей семьи, поэтому мама Ольги приехала из Чебоксар заранее, чтобы помочь дочери и с малышкой, и с подготовкой праздника.

Пока мама Ольги мыла окна и что-то ещё делала по дому, Ольга отправилась с Машей, намереваясь по пути купить продукты. Девочка была обычно довольно беспокойной, то вздрагивала от каждого шороха, то подолгу не могла уснуть. Но в этот раз, когда Ольга подошла к магазину, Машенька уже так крепко и сладко спала в коляске, что мама решила её не брать на руки, боясь разбудить. Она рассуждала логично: она зайдёт в магазин буквально на несколько минут, а если достанет девочку из коляски, она непременно проснётся и будет долго потом успокаиваться.

Дальше события развивались с ужасающей стремительностью: Ольга Синельникова зашла в магазин, а когда вышла, коляски с крохотной Машей уже не было. Молодой маме казалось, что всё происходящее дальше — страшный сон. Она вызвала милицию, а сама металась в отчаянии по улице, пытаясь узнать у прохожих, не видел ли кто-то из них людей с коляской.




Лишь один человек сумел сказать что-то вразумительное. Водитель грузовика, который привёз товар в магазин, обратил внимание на женщину с коляской, которая протискивалась через узкий проход между зданием и бортом его автомобиля, хотя с обратной стороны было много места. Правда, особого значения он этому не придал, ведь это была просто мама с ребёнком, ничего подозрительного в ней не было, а потому и останавливать её он не стал, да и не знал в тот момент о похищении ребёнка. Зато позже помог составить фоторобот предполагаемой похитительницы.

Спустя сутки неподалёку от места происшествия милиционеры обнаружили коляску Маши, однако самой девочки там не было. Исчезновение двухмесячного ребёнка буквально потрясло город. Отчаявшаяся Ольга Синельникова, её родные и друзья начали масштабные поиски, подключили, кого только можно, обратились за помощью к волонтёрам. Они напечатали тысячи листовок с фотографией Маши и разослали их по всей стране. У них была большая карта, на которой отмечались города, куда уже ушла информация.




Близкая подруга Ольги вспоминала о том, что она каждый день раздавала и развешивала сотни листовок с фотографиями Маши и фотороботом похитительницы. Подключились к поискам и городские власти, они пообещали весьма солидное по тем временам вознаграждение за любые сведения о местонахождении девочки. Но ребёнок, казалось, растворился в воздухе. Надежда появилась лишь однажды, когда позвонила медицинская сестра из села Холстовка в Ульяновской области. Она вспомнила пару, которая приносила ей ночью девочку с высокой температурой.

На ребёнке не было одежды, она была завёрнута едва ли не в полотенце, что женщине показалось несколько странным. Медсестра оказала малышке помощь, и пара ушла, а со слов медицинского работника был позже составлен ещё один фоторобот, но и эта ниточка вскоре оборвалась, следов пары с девочкой так и не нашли, а дальше последовали годы и десятилетия тягостного ожидания.

Не теряя надежды

Вся семья Синельниковых была раздавлена пропажей ребёнка, но для Ольги это был конец жизни. Она выла и каталась от отчаяния по земле, дёргалась от каждого резкого звука, а на каждый звонок в квартиру летела к двери, питая слабую надежду на то, что сейчас она распахнёт дверь, и на пороге появится сотрудник полиции с её Машенькой на руках. А потом ожиданию на смену пришла безнадёжность, и Ольга решила свести счёты с жизнью, но родные и друзья не дали ей такого шанса, с ней рядом постоянно дежурил кто-то из родных или друзей.

Пропажа ребёнка оставила в семье Синельниковых рану, которая не затягивалась. Ольга, по словам соседей и близких, переживала потерю с трудно представимой интенсивностью. Её отчаяние временами доходило до мысли о самоубийстве, и только бдительность родных удерживала женщину от рокового шага. В какой-то момент внутренний надлом сменился железной решимостью. Мать поставила перед собой чёткую цель — жить для того, чтобы найти дочь. Эта миссия стала стержнем её существования на долгие годы.




Позже в семье родились ещё две девочки, которых назвали Александра и Ксения. Выбор имен был неслучайным — Ольге хотелось, чтобы они были созвучны с именем старшей, пропавшей Маши. Младшие дочери наполнили её жизнь смыслом, но они не заменили и не стерли память о старшей девочке. Поиски не прекращались, хотя публичная активность сошла на нет. Ольга, по её словам, постоянно писала во все мыслимые инстанции, но ответом ей было молчание.

А в 2016 году, когда пропавшей Маше должно было исполниться двадцать лет, Ольга обратилась в программу «Жди меня». Ответ на вопрос о том, почему Ольга не сделала этого раньше, лежит на поверхности: она боялась, что все эти якобы встречи — постановочные, на самом деле никто никого не ищет. Но программа «Жди меня» стала для неё самой последней, почти эфемерной надеждой найти Машеньку, после которой она сдастся и признает своё поражение в борьбе за дочь. Её историю рассказали в эфире одного из выпусков, и Ольге Синельниковой пришлось заново прожить тот злополучный день. После участия в программе снова настало время надежды, которая таяла с каждым днём.

Разгадка

В программу «Жди меня» ежедневно звонили тысячи людей. Кто-то разыскивал своих родственников или друзей, а кто-то откликался на показанные в эфире сюжеты и рассказывал о людях, которых узнал. После таких звонков сотрудники передачи обычно проводят многочисленные проверки, чтобы не ошибиться, не дать героям ложной надежды.

В 2020 году раздавшийся в редакции «Жди меня» звонок дал надежду на счастливое разрешение той истории. Позвонившая женщина рассказала о том, что её дальняя родственница Вера Лучкина перед смертью призналась в похищении ребёнка. В 1996 году она родила мёртвого малыша и, боясь, что муж, мечтавший стать отцом, её бросит, решила украсть первого попавшегося младенца, и это оказалась Маша Синельникова.

Этот звонок заставил следователей стряхнуть пыль со старого дела о похищении ребёнка. Вера Лучкина, как выяснилось, оставалась в Тольятти ещё около года и жила всего в нескольких кварталах от семьи Синельниковых. Конечно, соседи Веры знали о похищении девочки, но Веру никто в преступлении не подозревал: она была беременна, а потом родила, ничего необычного не было. Позже семья продала квартиру и переехала в Ульяновскую область.




Там в доме Лучкиных случился пожар, в котором, по их словам, сгорели все документы. Эта трагедия и позволила Вере легализовать дочь. При восстановлении свидетельства о рождении девочка была оформлена как родная дочь Веры Лучкиной и получила новое имя — Вера. Получив новые данные, сотрудники программы смогли найти уже взрослую девушку.

Первый разговор с Ольгой Синельниковой стал для Веры шоком. Она не верила в правдивость этой истории, считала её чьей-то ошибкой или розыгрышем. Чтобы развеять сомнения, Ольга назвала уникальные приметы, которые могла знать только мать: заострённую мочку левого уха и особенное пятнышко на животе. Эти детали заставили Веру задуматься, и она согласилась сдать ДНК-тест, после которого, как она надеялась, от неё просто отстанут. Но результат потряс её. Она оказалась не готова к такому повороту, и теперь ей предстояло осознать, что люди, которых она называла мамой и папой, были ей чужими.

Трудное принятие

Первая встреча матери и дочери после двадцатичетырехлетней разлуки состоялась в 2020 году. Они плакали и не могли до конца понять, что всё происходящее — правда. Ольга, как только узнала о Вере, сразу почувствовала — это её родная, любимая и такая долгожданная девочка. Надежда на эту встречу давала ей силы жить, и вот теперь она смотрела на свою взрослую дочь и не могла насмотреться.

Вера, увидев маму и своих младших сестёр, вдруг поняла, как сильно она на них похожа. Все сомнения исчезли в тот же миг, но ей ещё надо было научиться их любить. При встрече мать и дочь с удивлением узнали о том, что много лет жили рядом друг с другом. Ольга в какой-то момент переехала в посёлок в Тульской области, а Вера жила в соседнем, всего в нескольких километрах. Они могли ездить одним и тем же автобусным маршрутом, могли видеть друг друга в магазинах.




На момент встречи с мамой Вера готовилась к свадьбе, и она приняла решение пригласить на свой праздник сразу две свои семьи: отца, который её вырастил, и маму, которая её родила. Рождение новой семьи стало символическим актом примирения Веры с прошлым. А через год она сама стала мамой, у неё родилась дочь Мирослава, которая теперь называет Ольгу Синельникову бабушкой.

Нельзя сказать, что встреча матери и дочери через 24 года разлуки была простой. Им было трудно, они постепенно, шаг за шагом узнавали и принимали друг друга, стремясь заполнить ту пустоту, которая образовалась много лет назад у магазина в Тольятти. Вера-Мария делала шаги к построению отношений с биологической семьёй, но этот путь не был простым или быстрым. Два с лишним десятилетия, прожитые порознь, создавали определённую дистанцию. Но они изо всех сил стремились её сократить.




Вера-Мария признавалась, что женщина, похитившая её, заботилась о ней и очень любила, да и сама она любила маму. Вера считает, что признание матери в содеянном было не актом раскаяния, а лишь попыткой позаботиться о будущем дочери; она просто боялась оставлять её одну в этом мире. И теперь у неё есть мама, которая каждый раз при виде Маши не может сдержать слёз и говорит о том, что её старшая дочь выросла очень внимательной и заботливой. Она часто звонит, всегда интересуется делами мамы и своих сестёр. Ольга и Вера не стараются вычеркнуть прошлое или сделать вид, что ничего не произошло, они учатся аккуратно сшивать оборванные когда-то нити и быть семьёй.

В мире ежегодно пропадает множество детей. 18 лет назад в Великих Луках десятилетние мальчик и девочка отправились на фотосессию и бесследно исчезли.